6
| Зима-то длинная | ||||
 |
4.02 20:13 |  |
2365 | |
| Victoria Dubitskaya | ||||
| Вчера опять была в палатке синодального отдела. Это там, где бездомные могут переночевать в тепле. Очень много молодых мужчин. Нет, не сорока и не тридцатилетних. Двадцать, двадцать два – вот таких. Отовсюду: Тула и Воронеж, Ростов-на-Дону и Красноярск, Тюмень и Омск, Алтайский край и Дагестан. Белоруссия, Украина само собой. Работать в Москву приехали, не заплатили, украли, отобрали. Есть без паспортов, это когда все отобрали. Молодые, трезвые, лица открытые, глаза серьезные. А есть уже выпивающие, эти все время шутят и приходят стайками. Вчера подошел светловолосый такой парубок. Спросил, нет ли теплой куртки, одет очень легко, для летних вечеров. «Вещи утром выдают, часов в девять» - говорю. Ну и правда, у нас дым коромыслом, всех запиши, определи по местам, накорми, напои, а люди идут и идут, вчера почти сто человек было. А он: «Я в восемь уйду, мне на работу». Прошу Марину - она за помывку отвечает, у нее там есть склад вещей - поискать парню куртку сейчас. «На работу? – отзывается она. – Вот сам и купит». А Марина молодая, красивая, бойкая. Она успевает за вечер человек 25 помыть в душе, пока вода горячая не кончилась. А это большое искусство, поверьте. Сначала она отбирает самый духовитых, с ними другие мыться не пойдут. Не все этот дух, растворенный в парах воды, выдерживают. Потом душевые моют, и тогда уже Марина забирает женщин. А потом мужчин пятерками. И скорее, скорее пока вода не остыла и вся не вытекла. Потому что котлы медленно греются, теперь вода только завтра будет. А парень-то сник. Стоит около меня, объясняет: «Я грузчиком работаю, мне 500 рублей в день платят. Я думал помыться здесь, переночевать». «Иди мойся» - это Марина его услышала. Но парень вдруг уперся, не пойду, лучше чай допью. Вот характер хохлятский! Да, здесь своего стаканчика чая ждут, а получив, смакуют, но пришел-то не за чаем. В душ мы его все-таки затолкали. А потом Марина принесла ему куртку. Теплая, но нет, большая, сразу на бомжа похож стал. Снял, отдал, лучше буду мерзнуть. А Марина уже несет полупальто. Черное, элегантное. Одел и вокруг языком зацокали. Идет парню. «Замерзнешь, Толик, лучше куртку возьми, зима-то длинная» - это я заботу проявляю. «Нет, не замерзну. У меня брюки есть черные. А это я в рабочих сейчас». А над ухом уже: «Дайте поесть, я пять дней не ел, не могу ждать больше» - мужчина, лет 35-ти. И мы с другим добровольцем, молодым химиком, замерли. Протягиваем наше дежурное блюдо, пюре с тушенкой и хлеб, и молчим. Ну что тут скажешь? Витя только в спину ему успел произнести: «Ты сразу-то все не ешь, наверное, нельзя». А потом он опять возник передо мной: «Пить. Нет просто воды дайте». Наливаю, даю стакан, а он опять тянет пустой и еще. «Может, чаю? – Нет воды. Нет ничего вкуснее воды». |
||||
| Обсудить в блоге автора | ||||
