Он так хорошо, так проникновенно отозвался в «Новой Газете» о моих рассказах!
А я буквально на следующий день подписал письмо в защиту издательства «КомпасГид», против которого он выступил.
Это, если кто помнит, была книжка «Флаги мира», и там о литовском флаге было написано что-то вроде «красный цвет на флаге символизирует кровь, пролитую литовским народом в борьбе против германских и русских захватчиков».
Вот Александр Хинштейн прочел это и публично возмутился, и тут же торопливые и осторожные книгопродавцы стали снимать книжку с прилавков. А другие люди, и я в том числе, написали, что это – негодная практика. Речь не о мнении депутата – он, как и все люди, вправе высказываться о чем угодно и как угодно – а о странной поспешности книжных магазинов.
Правда, подписывая письмо, я еще не читал добрые слова Хинштейна обо мне, за которые я ему искренне благодарен.

И однако я все равно бы подписал это письмо.
Но не потому, что мне нравятся (антирусские?) выдумки автора (точнее говоря, вольности переводчика) по поводу литовского флага. 
А потому, что я за свободу слова. И против изыманий и запрещений.
Кстати, я против того, чтобы запрещали и изымали недавно опубликованный роман молодого Геббельса. Мерзко, конечно, что его напечатали под грифом «Проза великих» и снабдили сочувственным предисловием. Но тогда – устраивайте кампанию в прессе и на ТВ, подвергайте издателей и редакторов общественному осуждению, подавайте в суд, в конце концов, за понесенные моральные страдания! 
Но только не надо запрещать и изымать.
Потому что сначала запретим юношеский роман Геббельса. Потом запретим зрелых фашистов и по-настоящему крупных писателей Селина, Дриё ла Рошеля, Эзру Паунда. А там до «сочувствующих» Гамсуна и Мережковского доберемся. 
А тогда уж Ницше запретить – сам бог велел. Предтеча и любимец, сукин сын.

Свобода – гораздо важнее истины, если уж сравнивать.
Если мы променяем свободу на самую прекрасную, сияющую, драгоценную истину, то через десять лет получим прокисшую догму и унылое рабство для ее обслуживания и охраны.
А если наоборот...
Да нет никакого «наоборот»! Свобода - главное условие для поиска истины.
Сначала свобода - а истину сами найдем.
Сами, сами, сами…