Я сказал спасибо и ретировался. Дело в том, что я - не художник. Моих работ не существует. Наверно этот человек имел ввиду вообще "современное искусство", а может эти слова предназначались, например конкретно Тане Антошиной, Синим Носам, Чичкану, Тер-Оганяну так как их работы чаще всего используют для "дискредитации гельмана".

Соблазн высказываться самому был, на выставке "7-съезду народных депутатов посвящается" была даже одна моя работа. Но на этой же выставке я понял, что я кто угодно, но не художник. Точно так же как в 94 при определенных обстоятельствах понял, что не политик. При этом сегодня многие считают меня и политологом и художником. Как так получилось? (Павловский, кстати, вдруг кто не знает, был художником. )

В конце 80-х все носились со своими идеями, со своим творчеством в поисках посредников, агентов, меценатов. Тех, кто как я, готов был возиться с чужим я просто не помню. Видимо ситуация возвышает не коючевую фигуру (надеюсь никто не сомневается что в искусстве таковой является именно ХУДОЖНИК ) а ту, которая дефицитна.

Я стал персонажем и прототипом в неимоверном количестве литературных произведений (Липскеров, Пелевин, Проханов - это так сказать вершина айсберга) вдохновил "чорного гельмана", газета Завтра называла современных художников "гельманоидами". При этом уже в 90-х было в Москве около 30-40 галерей, а сейчас под 80. А музеев в стране (ну я сейчас по факту - директор "провинциального" музея) почти 2,5 тысячи.

Думаю причина в одном моем качестве: меня всегда интересовало расширение аудитории современного искусства. В то время как мои коллеги, да и сами художники, вполне себе комфортно, существовали внутри среды, я как ошалелый, занимался внешним, по отношению к миру искусства, контуром. Многие, кстати считают что это вовсе не нужно. Ведь искусство в отличии от литературы, например, не живет с тиражей. Достаточно узкого круга профессионалов + коллекционеры + международные контакты. Готов спорить. В конце концов все начиналось с узкого круга, точнее с двух: нонконформисты и московский клуб авангардистов. А теперь совриск занимает гаражи, вокзалы и винзаводы. А главное - он в центре общей дискуссии и пусть даже из десяти человек один заинтересуется им глубже поверхностного ора - через пару лет это будет мощнейшая аудитория.

Теперь вот, мало мне баталий в Перми ( тот факт, что они поутихли говорит, что Пермь таки стала вторым после Москвы городом со столичной публикой) с помощью Культурного Альянса хочу превратить Московскую художественную сцену в Российскую, а дальше и в Евразийскую. И опять же, здесь у меня множество коллег. И сеть ГЦСИ и Ширяевское и Красноярское биеннале. Но что-то мне подсказывает, что шишки полетят в меня, а остальные будут спокойно осваивать расширяющееся пространство.

Ну и ладно, зато я наверно единственный кому говорят "ваши работы очень талантливы" при том что ни одной Я не автор. )))