Прислала  мать осужденного. Прошу  перепостить. Может сможем  помочь  человеку и прижучить орангутангов в сером

12 марта 2007 г. оперативный работник милиции г. Коркино Челябинской области Нуриев Руслан приехал домой к Илензер А.А. и потребовал «проехать» с ним. В ОВД г. Коркино в своем кабинете он обвинил Илензер А.А. в разбойном нападении. В обмен на свободу потребовал переписать на него документы на дом. Но так как был рабочий день, то алиби Илензер А.А. подтверждалось кассетами из видеокамер. Через 1,5 часа Нуриев отпустил Илензер А.А., но сказал, чтобы он «подумал».

4 апреля Нуриев Р.Р. опять вызвал Илензер А.А, без объяснения причины.

5 апреля вызвали в очередной раз, и Нуриев Р.Р. обвинил Илензер А.А в разбойном нападении, которое произошло 1 апреля 2007 г.,  это был выходной день. Андрей дал объяснение в письменном виде, где он был и с кем виделся в течение всего дня. Это объяснение полностью подтвердили свидетели и во время предварительного следствия и в судебном процессе, не смотря на то, что сотрудники правоохранительных органов им угрожали и запугивали, в том числе и двенадцатилетнюю девочку. Свидетель Перевозчикова В. видела настоящего преступника и дала его описание, она ездила с дежурной бригадой милиции, чтобы найти преступника  "по горячим следам". В суде она подтвердила, что Илензер А.А. совершенно не похож на того человека, которого она видела. 

 Опознание от 05.04.2007 г.  нельзя признать законным  в силу следующих обстоятельств: оперативный работник Нуриев, ходил по подъезду, где живет пострадавшая, показывал фотографию Илензер А.А, и предлагал соседям «опознавать» в нем преступника. Соседи дознавателю об этом факте рассказали, но протокол из материалов дела исчез. Оперативник  Нуриев Р.Р. до самого опознания показал пострадавшей фотографию Илензер А.А, не получая поручений (опознание по фотографии возможно только по поручению и при одновременном представлении 3-х фотографий) и сказал: «У него родители в Израиле живут, они тебе деньги вернут, а так ты их никогда больше не увидишь».  Во  время опознания оперативник Нуриев Р.Р. стоял за спиной Илензер А.А, указывая на «нужного человека», чтобы пострадавшая не ошиблась, на кого указать.

  Согласно,  протокола  предъявления лица для опознания от 05.04.2007 г., данное следственное действие начато в 19 час.25 мин., а окончено в 19 час.55 мин (т.1 л.д.35-36). В соответствии с требованиями ч.2 ст.193 УПК РФ, опознающие предварительно допрашиваются об обстоятельствах, при которых они видели предъявленные для опознания лицо или предмет, а также о приметах и особенностях, по которым они могут его опознать.     В нарушение данного требования закона, потерпевшая была допрошена по указанным обстоятельствам не до, а после проведения опознания, т.к. ее допрос 05.04.2007 г. начат в 19 час. 55 мин., а окончен в 20 час.  Из материалов дела следует, что в момент опознания, оперативник Нуриев Р.Р. стоял за спиной Илензер А.А, хотя в судебном заседании Нуриев Р.Р. сказал, что его вообще не было в кабинете, а свидетели сообщили, что был.

В ходе следствия Илензер А.А  практически остался без защиты. Дознаватель  Завьялова Е.В. не давала ни адвокату, ни Илензер А.А материалы дела.  В итоге, материалов сфальсифицированного на него уголовного дела Илензер А.А. вообще не видел, оно рассматривалось в суде без его подписи. Зато появилось решение Коркинского суда, которым ограничивалось время для ознакомления с материалами дела до 2 суток. То есть Коркинский суд  лишил Илензер А.А. возможности защищаться.
 

Илензер А.А. написал жалобы в управление собственной безопасности МВД, в прокуратуру г. Коркино. Из  управления внутренней службы безопасности г. Челябинска, приехал следователь и взял объяснения с Илензер А.А. Через 1 час после отъезда следователя, Андрея привезли в Коркинский суд, и сказали, что он ограничен во времени при ознакомлении с материалами уголовного дела, потому что стал писать жалобы. Но дело ему так и не дали.

        Как видно из постановления о возбуждении уголовного дела, оно возбуждено до поступления в ОВД информации о совершенном преступлении, без установленной законом (ст.ст.144, 145 УПК РФ) доследственной проверки. Звонок поступил в дежурную часть УВД г. Коркино в 17.55, а дело возбуждено в 17-50. 

В  нарушение требований ч.8 ст.162 УПК РФ, ни обвиняемый на тот момент Илензер А.А., ни его адвокат не уведомлялись о продлении сроков расследования по уголовному делу до трех месяцев (т.1  л.д.5-8), что свидетельствует о недопустимости всех процессуальных действий по делу, произведенных после незаконного продления срока расследования..

 Илензер А.А  лишен свободы и допрошен в качестве подозреваемого 05.04.2007 г., обвинение ему было предъявлено 06.04.2007 г. Дактилоскопическая  экспертиза, по результатам которой идентифицирован след пальца Илензера А.А., назначена 13.04.2007 г. (т.1 л.д.24), а проведена она 24.04.2007 г. (т.1 л.д.26-28). Согласно требований ч.3 ст.195 УПК РФ, следователь знакомит с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, обвиняемого, его защитника и разъясняет им права, предусмотренные статьей 198 УПК РФ. Об этом составляется протокол, подписываемый следователем и лицами, которые ознакомлены с постановлением.

Однако, в нарушение указанных требований закона, Илензер А.А. был ознакомлен с постановлением о назначении экспертизы лишь 27.04.2008 г. (т.1 л.д.25), т.е. уже после поведения самой экспертизы. Таким образом, были грубо нарушены процессуальные права, на тот момент обвиняемого Илензер А.А.  В связи с изложенным, идентификационное заключение эксперта от 24.04.2008 г. является недопустимым доказательством и по этому основанию.

Нельзя  признать законным изъятие на месте происшествия следов пальцев рук, по которым в последствии проведены дактилоскопические экспертизы.  Так, понятые, привлеченные к осмотру места происшествия, подтвердили в судебном заседании, что следы были обнаружены и изымались в их отсутствие, и сотрудники милиции лишь на словах указали, где были обнаружены и изъяты следы.  Согласно требований ч.1 ст.177 УПК РФ, осмотр производится с участием понятых.  

Постановление  о признании вещественными доказательствами следов с места преступления  не выносилось, протокол их осмотра не составлялся. 

Как явствует из материалов дела, никакого постановления об изъятии образцов пальцев рук Илензера А.А. следователем не выносилась. Из материалов дела также не усматривается, каким образом дактокарта на имя Илензера А.А., представленная на экспертизу,  появилась у следователя.

Документально  подтверждается, что изъятые с ОМП следы были представлены на экспертизу не следователем вместе с соответствующим постановлением (как ложно свидетельствовали сотрудники милиции), а оперуполномоченным Нуриевым Р.Р. спустя пять суток с момента их изъятия.

Из изложенного следует, что уголовное дело возбуждено без установленных законом поводов и оснований, что свидетельствует о незаконности всего проведенного расследования и последующего судебного рассмотрения по делу.

Такая фальсификация совершается во многих уголовных делах, потому что в Коркинской прокуратуре надзор за милицией осуществляет ст.пом.прокурора Юлия Антонюк - законная жена начальника МОБ Коркинского ГОВД Павла Каланды, и об этом известно прокурору г. Коркино Парфенюк Сергею Николаевичу.

Под эту "лавочку" коркинская милиция массово укрывает преступления разными способами, в основном путем незаконных "отказных", фальсифицируют уголовную статистику и долгие годы находятся в "передовиках", занимая первые места.

В  ходе  судебного следствия судьей Немерчук Е.Н.  неоднократно незаконно отвергались обоснованные ходатайства стороны защиты, причем выносимые судьей постановления по большей части, в нарушение требований ч.4 ст.7 УПК РФ, не были ничем мотивированы. 

В  показаниях понятой Жмыховой, данных ей в суде, усматриваются сведения о внешней несхожести статистов. Статистов в суд не вызвали намеренно, так как они на момент участия в опознании, являлись сотрудниками Коркинской милиции и судья Немерчук об этом знал.

Судом  не учтены требования ст.82 УПК РФ, регламентирующий порядок хранения вещественных доказательств. Так, в соответствии с ч.1 ст.82 УПК РФ, вещественные доказательства должны храниться при уголовном деле до вступления приговора в законную силу. Защита  заявила ходатайство «предоставить в суд для обозрения дактилокарты  изъятые с осмотра места происшествия».  Гособвинитель  Юлия Антонюк - законная жена начальника МОБ Коркинского ГОВД Павла Каланды возражала. Главным её аргументом было утверждение, что если  дактилопленки не были приобщены к уголовному делу в качестве доказательств, то не надо их предоставлять.?!  Защите  и в этом  ходатайстве было отказано, без указания причин отказа. 

Было подано ходатайство защиты, чтобы коркнский суд оказал содействие в розыске дактилопленок, и ходатайствовал выдать запросы в ЭКЦ при ГУВД Челябинской области и в следственный отдел при ОВД г. Коркино, с целью выяснения местонахождения дактилопленки со следами пальцев рук.

Гособвинитель Антипенкова Е. возражала в удовлетворении ходатайства защиты, заявила что сама  представит данные вещественные доказательства.

14.11.2007 г. государственный обвинитель Антипенкова Е. представила в суд опечатанный бумажный конверт. После настоятельной просьбы защиты судья Немерчук Е. Н. в зале судебного заседания вскрыл конверт, где и был установлен факт отсутствия в представленном конверте дактилопленок. Данный факт был удостоверен всеми участниками процесса, поскольку судья продемонстрировал отсутствие дактилопленок  во вскрытом конверте всем участникам судебного заседания. Судья сделал перерыв и удалился к себе в кабинет. Срочно вызвали эксперта Хасанова Марата Ниясовича в кабинет к судье.

При возобновлении судебного заседания судьей Немерчуком Е. Н. было сообщено всем участникам процесса, что он обнаружил ранее не найденные в конверте дактилопленки при повторном осмотре конверта в своем кабинете, единолично.

Защитой подано ходатайство исключить из числа допустимых доказательств дактилопленки, найденные в совещательной комнате судьи. Особо грубо и абсолютно немотивированно судьей, в нарушение требований ст.15 УПК РФ, отклонено ходатайство защиты об исключении «таких» доказательств (т.2 л.д.71).

Защита заявила ходатайство о назначении почерковедческой экспертизе, так как существует разница в подписи понятых в протоколе осмотра места происшествия и на конверте, предоставленном в судебное заседание. Защита просила назначить проведение экспертизы в Челябинском ЭКО. В ходатайстве отказано, без объяснения причины. 

Защита просила, в связи с противоречиями в показаниях свидетеля эксперта  Хасанова и материалов дела, допросить в судебном заседании дознавателя Завьялову. В  этом также было отказано без объяснения причины отказа.

Защита заявляла ходатайство дополнительно вызвать и допросить Нуриева Р.Р., так его показания противоречили показаниям Хасанова, но в этом так же было отказано. 

Судом необоснованно отвергнуты ходатайства стороны защиты о проведении экспертизы потерпевшей, о ее способности давать адекватные показания, хотя таковые основания имелись, т.к. потерпевшая является пожилым человеком и с учетом ее противоречивых непоследовательных показаний, отраженных в протоколе судебного заседания, имеются все основания сомневаться в ее способности давать адекватные действительности показания. Но суд отклонил ходатайство защиты о запросе состояния душевного здоровья пострадавшей.

В судебном процессе защитой было заявлено более 20 ходатайств. Не  смотря на то, что большинство ходатайств были поданы в письменном виде с обоснованием причин, со ссылкой на нормы закона, защите было отказано без объяснения причины отказа.

Абсолютно не соответствует вменение Илензер А.А. квалифицирующего признака  «разбой, совершенный с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия», т.к. наличие ножа ничем, кроме голословных показаний потерпевшей, не подтверждено.  

       Также нет данных о наличии насилия, опасного для жизни или здоровья, в связи с чем, разбой вменен необоснованно, даже учитывая недопустимые доказательства, на которых постановлен обвинительный приговор. 

            Таким образом, при оценке доказательств по делу судом грубо нарушен основополагающий принцип уголовного судопроизводства в Российской Федерации.

23.11.2007 г. Илензер А.А был вынесен обвинительный приговор.

Показания семи свидетелей, подтверждающих алиби Илензер А.А. были проигнорированы.

07. 02. 2008 г. дело рассматривал судья Зуболомов в Челябинском областном суде.  Он «забыл» вызвать на процесс Илензер А.А, хотя от него было письменное заявление. Только после напоминания защиты, Илензер А.А было разрешено присутствовать на рассмотрении кассационной жалобы, но доводы защиты и Илензер А.А никто не слушал.

21 августа 2008 года судья Челябинского областного суда Штанько А.И., ответил на надзорную жалобу защитника. Не  изучив материалов уголовного дела, отказал в удовлетворении надзорной жалобы защитника Щербинина А.В., в защиту интересов осужденного Илензер Андрея Андреевича о пересмотре приговора Коркинского городского суда Челябинской области от 23 ноября 2007 года и кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам Челябинского областного суда от 07 февраля 2008 года. 

На жалобы, поданные в челябинский областной суд от  04.09.2008 г.,  от 10.09.2008 г., от 17.09.2008 г.  получены  постановления об отказе в удовлетворении надзорного ходатайства. Материалы уголовного дела не запрашивались и  не рассматривались. 

28.04.2009 г. научно-исследовательской лабораторией судебной экспертизы "СТЭЛС" отделом независимой почерковедческой и технической экспертизы документов было проведено экспертное исследование и выдана справка № 117 о том, что "Подписи от имени Барон Б.М., изображения которых расположены в копии протокола допроса свидетеля Барон Бебы Мееровны от 22.05.2007г. и подпись от имени Барон Б.М., изображение которой расположено в графе «Понятые» (под №1) в копии упаковки дактилопленок, выполнены разными лицами."  

5.05.09 г. защитник Щербинин А.В. в интересах осужденного приговором Коркинского горсуда от 23.11.07 г. Илензер А.А., просил прокурора Челябинской области Войтович А.П. возобновить расследование уголовного дела ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств.  Так как согласно заключения почерковедческой экспертизы от 29.04.09 г. №117 (проведена после вынесения приговора) подпись понятой Барон Б.М. на упаковке вещдока, изъятого якобы на месте преступления, исполнена не ей, а другим лицом, то есть сфальсифицирована.

16.06.09 г. зам прокурора Челябинской области Можин В.А. дал непроцессуальный и необоснованный ответ №  2/2-68-08 об отказе в возбуждении производства, т.к. считает, что заключение экспертов не является новым обстоятельством по делу. По его мнению, понятая Барон Б.М. допрашивалась в суде, а при допросе дознавателя (которая в настоящее время работает следователем при прокуратуре в г. Коркино) "утверждала, что подпись на указанном конверте принадлежит именно ей".

В силу ст. 413ч.1 и п.3 ч. 4, 415 ч.1, ч.2, 416 ч.1 и 2 УПК РФ вступивший в законную силу приговор может быть отменен и производство по уголовному делу возобновлено по постановлению прокурора ввиду новых обстоятельств и направлено в следственный комитет для расследования и решения вопроса об уголовном  преследовании по фактам выявленных нарушений УПЗ.   

По окончании проверки прокурор направляет уголовное дело со своим заключением, а также с копией приговора и материалами проверки или расследования в суд, а при отсутствии оснований возобновления производства по уголовному делу прокурор своим Постановлением прекращает возбужденное им производство.
Определение Судебной Коллегии по уголовным делам ВС РФ от 21.02.07 г. N25-Д07-5 (Бюллетень ВС РФ, N12): "...в силу ч. 3 и 4 ст. 415 УПК РФ, прокурор обязан провести соответствующие проверку вновь открывшихся или расследование новых обстоятельств". Т.е. вынести Постановление в силу ч.4 ст.7, п.25 ч.1 ст.5 УПК РФ.
Экспертиза признала доказательства, на основании которых вынесен приговор Илензер А.А., фальсифицированными, этот факт является новым обстоятельством не известным суду. Однако заместитель прокурора Челябинской области Можин В.А отказался вынести Постановление, хотя в силу п.18 Постановления ПВС РФ от 10.02.09 г. N1 обжалованию в порядке ст.125 УПК РФ подлежит постановление прокурора об отказе в возбуждении производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Барон Б.М. в суде не подтвердила факт принадлежности своей подписи (что зафиксировано в протоколе судебного заседания), а достоверность ее показаний на предварительном следствии объективно опровергается результатами почерковедческой экспертизы, что должно являться предметом проверки по вновь открывшимся обстоятельствам. 

8.07.09 г. Центральный райсуд г. Челябинска (судья Гладкова С.Я.) постановил: "Отказать в удовлетворении жалобы на бездействие заместителя прокурора Челябинской области, связанное с отказом в возбуждении производства по вновь открывшимся обстоятельствам по уг. делу в отношении Илензер А.А."

25.08.09 г. СК по уг. делам Челябинского облсуда признала законным постановление Центрального райсуда от 8.07.09, о том, что отсутствуют вновь открывшиеся обстоятельства, т.к. суды при рассмотрении уг. дела по существу, исследовали доводы о недопустимости доказательств виновности Илензера А.А.
СК мягко говоря, лукавят, т.к. Коркинский горсуд, вынесший приговор от 23.11.07 г., не располагал заключением экспертов от 29.04.09 г. № 117, поэтому и не знал, что подпись понятой Барон Б.М. на упаковке с вещдоками исполнена не ей, а другим лицом, т.е. фальсифицирована. Данное  обстоятельство является вновь открывшимся, не известным суду, постановившим приговор, и полностью подпадает под Постановление Конституционного Суда РФ от 2.02.96 4-п, на которое сослалась судья Гладкова С.Я., указав: "Вынесение какого-либо процессуального решения об отказе в возбуждении производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, УПЗ не предусмотрел". При том, п.25 ч.1 ст.5 УПК РФ установил процессуальную форма решений прокурора в форме Постановлений.

Постановления выносить прокуратура упорно отказывается, потому что его (в отличие от письма) можно обжаловать в Генеральную прокуратуру.