6
| Французским министрам запретили отдыхать за границей | ||||
 |
11.02 12:50 |  |
1164 | |
| malykhina | ||||
| Как хорошо быть генералом. А министром или премьером – еще лучше. Да еще в какой-нибудь более-менее стабильной уважаемой европейской стране, где все чинно-благородно. Везде свои люди, полезные связи, заманчивые приглашения. Главное, не оказаться в ненужном месте в неудачное время. Например, в Тунисе, в самый разгар революции, в частном самолете и отеле местного друга-бизнесмена, близкого к свергнутому Бен Али, как это случилось с французским министром иностранных дел Мишель Аллио-Мари. Или в Египте, в резиденции Мубарака, где отмечал новый год премьер-министр Франции Франсуа Фийон со своим семейством. Иначе жди скандала. Пляжи Туниса, Марокко и Египта пользуются особым расположением французских чиновников, особенно в период новогодних праздников. И надо ведь было тунисцам и египтянам все испортить. Чемоданы наготове и ласты под мышкой, а им подавай демократию. А долгожданный отпуск под пальмами на теплом песочке – в тартарары? Но министр иностранных дел Франции Аллио-Мари не пошла на поводу у обстоятельств. В конце концов, «если ездить только в те страны, где ничего не происходит...» – многозначительно разводила она руками перед журналистами. Да еще туда, где не ступала нога диктатора? Право, тогда только Discovery остается смотреть. Несмотря на хаос в тунисском государстве, удача явно сопутствовала главе французского МИДа. Прилетев в последние дни декабря в Тунис со своим гражданским мужем министром по связям с парламентом Патриком Оливье, Мишель Аллио-Мари «совершенно случайно» встречает своего «старого друга» тунисского бизнесмена Азиза Миледа, который предлагает подвезти на своем частном 12-местном самолете чету министров до места их отдыха – курортного городка Табарка. По чистому совпадению, уверяет министр, он летел туда же по делу срочно. Вместо двух часов на машине по небезопасным дорогам, 20 минут лёта в комфортабельном кресле. Заманчиво, не правда ли? А министр – тоже человек. Вот Аллио-Мари и поддалась, как она говорит, «минутной слабости» и согласилась, тем более что Азиз Милед – не просто знакомый, а практически друг семьи, который не раз останавливался у министра в Париже во время своих поездок во Францию. В Табарке Аллио-Мари с мужем поселились в отеле, который – также случайно – принадлежал Азизу Миледу. Платили ли они за него? Министр уверяет, что да, но вот что-то с памятью ее стало, и не может она сказать, на чье имя был выписан счет, и какая сумма в нем значилась. Всего же не упомнишь. На этом Аллио-Мари предлагала закрыть полемику по этому вопросу: «Я не сделала ничего предосудительного», – как гипнотическое заклинание твердила она во всех интервью. Но тут как назло новое разоблачение. Министр умолчала, что на отдыхе в Табарке она пользовалась частным самолетом Миледа для экскурсионных прогулок. И опять пошла в ход ода о крепкой дружбе, которая не расклеится от дождей и вьюг. И уж тем более не сломается о народный протест: «В рабочее время я – министр, а на отдыхе я просто Мишель Аллио-Мари, у которой есть друзья. И у одного из них есть личный самолет». И, как положено друзьям, мы все делим пополам. Правда, как выяснилось, у Миледа даже не один самолет, а целая авиакомпания Nouvelair, 20% акций которой принадлежат Беласену Трабелси, родственнику свергнутого Бен Али. Но для Мишель Аллио-Мари Азиз Милед – не диктаторский приспешник, а всего лишь «жертва» режима, которого «силой заставили поделиться бизнесом». Что ж, по-видимому, Милед – человек не злопамятный. В августе и сентябре прошлого года он подписал два призыва в поддержку «спасителя родины, президента Бен Али», выступал за его переизбрание в 2014 году. А также, предположительно, участвовал в организации и финансировании последней предвыборной кампании диктатора в 2009 году. После бегства Бен Али имя Азиза Миледа фигурировало в списке приближенных к диктатору, чьи счета были заморожены в Швейцарии, но, спустя несколько дней после начала скандала во Франции, швейцарцы неожиданно сменили гнев на милость и разблокировали активы тунисского предпринимателя. По большому счету, эта история для политической элиты вполне житейская. Многие французские политики не гнушались пользоваться гостеприимством лидеров далеких от демократии стран. Служба службой, но не мешала же она французскому президенту Валери Жискар д’Эстену дружить с диктатором ЦАР Бокассой, президенту Миттерану неоднократно проводить свои новогодние каникулы в резиденции Мубарака, бывшему министру культуры Жаку Ланду кататься на яхте Фиделя Кастро, а Саркози кокетничать с Каддафи. Да мало ли еще наберется таких примеров. Но о тунисском вояже Мишель Аллио-Мари стало известно аккурат после другой дипломатической промашки министра: в январе, за несколько дней до бегства Бен Али, глава французской дипломатии предложила помочь тунисскому правительству в подавлении народных волнений в стране. Французские социалисты тут же потребовали отставки Аллио-Мари, но на тот момент министру удалось уладить дело, заявив, что ее слова были всего лишь неправильно истолкованы. Когда же стали известны подробности тунисских каникул министра, скандальное заявление о помощи диктаторскому режиму уже сложно было расценить как необдуманный ляп. Правда, в правительстве у Мишель Аллио-Мари нашлось немало защитников. И в первую очередь в лице популярного и уважаемого премьер-министра Франсуа Фийона. Он неоднократно публично заявлял о том, что поддерживает главу французской дипломатии. Ему ли не понять проштрафившегося министра. Несколько дней спустя выяснилось, что французский премьер и сам выбрал не слишком удачное место для отдыха. Свои новогодние каникулы с женой и детьми Фийон провел за счет египетских налогоплательщиков в компании президента Египта Мубарака, у которого теперь те же проблемы, что у Бен Али. Фийон подтвердил, что его проживание было оплачено Мубараком, который также одолжил свой личный самолет для экскурсионной поездки французского премьера в Абу-Симбел, где он посетил два древнеегипетских храма времен Рамзеса II. У обеих историй много схожего, но все же было бы неверно мерить одной меркой Фийона и Аллио-Мари. Во-первых, поездка Фийона носила полуприватный характер, и за время своего пребывания в Египте он провел несколько официальных встреч – можно считать, что проживание за счет принимающей стороны отработал. А, кроме того, на тот момент революция в Египте, в отличие от Туниса, еще не началась. Но положение все же щекотливое. И президенту Николя Саркози пришлось как-то из него выкручиваться. Поддаться давлению оппозиции и отправить министров в отставку? Так он и сам отпраздновал рождество в резиденции марокканского короля Мохаммеда VI. Внешнеполитическое чутье у Саркози, правда, оказалось лучше, чем у министров – в Марокко пока все спокойно. Если с кого и брать пример французским чиновникам, так это, пожалуй, с Дэвида Кэмерона. Британский премьер планировал провести рождественские каникулы в Таиланде, где его ждал роскошный номер в 5-звездочном отеле на острове Пхукет. Но посчитал, что его охрана слишком дорого обойдется британским налогоплательщикам – 60 000 евро за пятерых телохранителей. К тому же, у правительства Таиланда нелады с соблюдением прав человека. Поэтому Кэмерон никуда не поехал. Николя Саркози таким благочестием похвастаться не может, но и проигнорировать возмущение общества – тоже чревато. У французов еще свежи в памяти многочисленные прошлогодние скандалы, связанные с растратой чиновниками бюджетных средств. А обещал-то ведь народу построить «безупречную республику». Дилемму Саркози разрешил, надо сказать, нетривиальным способом. Просто взял и запретил французским чиновникам навещать заграничных друзей, не испросив прежде разрешение на поездку у премьер-министра. Тот, в свою очередь, должен оценить, в каких отношениях находится Франция со страной назначения, и не повредит ли такой вояж имиджу французского государства. А отпуска президент настоятельно рекомендовал министрам проводить на просторах родной республики. Поближе к собственному народу. |
||||
| Обсудить в блоге автора | ||||
