6
| Africa Unite. Колонизация 2.0 | ||||
 |
2.02 00:04 |  |
1319 | |
| rabies-rabbit | ||||
Киплинг Р. Бремя белого человека
Неси это гордое Бремя - Родных сыновей пошли На службу тебе подвластным Народам на край земли - На каторгу ради угрюмых Мятущихся дикарей, Наполовину бесов, Наполовину людей... "Мы здесь не любим французов" - заявил мне Доминик, успешный малиец, владевший целым кварталом домов в пригороде Бамако и длинным перечнем бизнесов. Доминику было 40 лет. Он имел 3 детей, говорил по-французски почти без акцента и ненавидел французов. И, надо признать, у него были на это основания...  Я провел в Мали ровно месяц - бывшая французская колония, не пережившая за последние 15 лет ни одного геноцида, гражданской войны или переворота, что само по себе уникально для страны "южнее Сахары", - представлялась отличным местом, чтобы понять, что представляет собой Африка и вообще третий мир сегодня. Мали - это витрина успешного колониального капитализма: демократические выборы, социальная стабильность и рост экономики по 17% в год. Тем интереснее было оказаться в этой небольшой африканской стране, которая редко попадает в поле зрения мировых СМИ. Я приехал сюда с обычным набором стереотипов об Африке, внушенным хорошо слаженной машиной глобальных медиа: черный расизм, наступление Китая, уход Запада с ключевых позиций в регионе, взрывная рождаемость и сползание в хаос. Наверное, можно не упоминать, что все это окажется чуть более, чем неправдой... Водитель джипа, везшего меня в Бамако, вдруг резко затормозил и сьехал на обочину. По встречной полосе, мигая фарами, неслась военная колонна. С более близкого расстояния колонна вызвала оторопь - меньше всего я ожидал увидеть в Мали это: за рулем американских Хаммеров и за пулеметами, установленными на них, сидели холеные белые люди в форме американской армии. "Да-да, это американцы, у них теперь база в Гао", - ответил на мой вопрос наш водитель. Из дальнейших расспросов выяснилось, что американские солдаты есть и в соседнем Нигере, а вся северная пустынная часть Мали оккупирована мавританской армией с согласия демократически избранного правительства Мали. Хотя я готовился к поездке, я никогда не слышал об американских солдатах здесь. Более того, американцы, живущие в регионе, с которыми я общался, тоже не слышали о присутствии армии США в Мали. Гугл помог выяснить, что "Пан-Сахельская инициатива", запущенная в 2002-м году, позволила американской армии оказаться в Мали, Нигере, Чаде и Мавритании. В 2004-м году "инициатива" была расширена на Тунис, Алжир и Марокко. И это не единственный подобный проект.  Американские солдаты в Бамако На востоке Африки "война против террора" ведется силами 1200 морских пехотинцев, расквартированных на базе в Джибути. Там же, в Джибути, находится крупнейшая база французского Иностранного легиона - официальной колониальной армии Франции, существующей до сих пор, и даже увеличивающей свое присутствие - Габон, Чад, Центрально-Африканская республика, Уганда, Сенегал, Нигер, Камерун, Конго и т.д. - всего более 8 тысяч человек, способных быстро переместиться практически в любую страну континента. Как показывает опыт внутриафриканских разборок, даже тысяча хорошо обученных и организованных солдат способна полностью изменить ход конфликта.  Французский Иностранный легион в Африке Впрочем, присутствие солдат нужно, как правило, лишь для целей эвакуации, если в какой-то из подопечных стран станет слишком некомфортно. Ну или охранять "своего сукина сына" в каком-нибудь Президентском дворце, как это делает время от времени Иностранный легион. В остальных случаях достаточно старых добрых экономических механизмов, только результат действия которых изредка попадает на страницы газет - "Инфляция в Зимбабве перевалила за два миллиона процентов", "Голод в Сомали" и т.д.. В Мали и Западной Африке в целом одним из важнейших инструментов такого контроля является так называемый франк CFA - общая денежная единица региона.  В настоящее время 14 африканских стран используют франк, название которого расшифровывается как Colonies françaises d'Afrique (Французские колонии Африки) - почти все являются бывшими французскими колониями. Этот франк жестко привязан к евро в соотношении 1 евро к 655 франкам, а его гарантом выступает (внимание!) французское казначейство. Что это значит - быть гарантом?  Центральный банк в Бамако Это означает, что 65% валютных резервов присоединившихся стран должны быть в распоряжении французского казначейства, а еще 20% должны идти на "покрытие финансовых обязательств" в том же французском казначействе. Итого - у стран франка CFA из заработанных денег остается лишь 15%. Учитывая, что такая система существует уже более 60 лет, обрастая дополнительными соглашениями и договорами, сказать, какая доля из этих депозитов принадлежит африканским странам, может лишь ...французское казначейство. Таким образом, можно лишь предположить, какова степень экономического и финансового контроля Франции над своими (бывшими?) колониями... Мы остановились в небольшом городке, чтобы отдохнуть и выпить чаю. Сбоку на дороге сидели женщины, продающие мелкие бананы, привезенные из соседней Буркины. Я сходил их купить - килограмм стоил где-то полтора евро. Я подумал, что во Франции он стоил бы примерно столько же. Единственное различие заключается в том, что средняя зарплата за неквалифицированный труд здесь составляет чуть меньше 50 евро, а цены все те же. В кафе, где мы пили чай, по телевизору шла программа какого-то французского регионального канала о проблемах уборщиков улиц. На экране по безупречной плитке ездила машина, которая мыла ее большой мокрой щеткой с мылом. Четверо местных мужиков, сидевших за соседним столиком, зачарованно следили за перемещениями машины. Я посмотрел на улицу - по разбитой асфальтовой дороге, кружа обрывки пакетов и газет, двигался пыльный смерчик. Он прошел мимо глиняных хижин, пересек канаву канализации и уткнулся в бесхозного осла, грустно жующего какую-то корку. Мы пересеклись взглядами с французом, обедавшим в том же кафе. Тот кивнул на телевизор, отвел взгляд и усмехнулся - похоже, мы подумали об одном и том же...  По хронологии выхода и присоединения стран Африки к зоне CFA можно проследить упадок колониальной системы и начало разворота - реколонизации Африки: 1949-й год - Французский Сомалилэнд (Джибути) покидает зону франка и начинает печатать собственную валюту; 1960-й год - Гвинея покидает зону франка; 1962-й год - Мали покидает зону франка; 1973-й год - Мадагаскар и Мавритания выходят; ------------- 1984-й год - Мали вновь присоединяется к зоне франка, отказываясь от собственной валюты; 1985-й год - Экваториальная Гвинея присоединяется; 1994-й год - Коморские острова привязывают свой франк к французскому, а потом - к евро; 1997-й год - Гвинея-Бисау присоединяется к зоне франка. Но зачем же, с какой целью элиты стран Африки отдают свою монетарную независимость? Лояльность колониальных элит обеспечивается несколькими способами: Во-первых, все высшее образование дается только на французском, много времени посвящено изучению культуры и истории метрополии, знание французского является необходимым критерием для приема на любую мало-мальски приличную работу. Все основные газеты - тоже на французском. Т.е. еще на стадии начала карьеры проходится некоторая муштровка на верность. Интересно, что даже на телевизорах, работающих в дорогих кафе, - французское телевидение. Здесь проходит один из водоразделов между чернью и элитой - они даже говорят на разных языках. Дешевые сериалы из Буркина Фасо для черни и французские новости под свежий круассан - для элиты. Это приводит к тому, что проблемы и цели метрополии становятся ближе для колониальных столоначальников, чем интересы своей страны. Сюрреалистично выглядело, когда тот же Доминик в деталях обьяснял мне тонкости получения водительских прав во Франции, почерпнутые из ТВ, и при этом не знал, что в его собственной стране весь север давно заняла мавританская армия. Во-вторых, личные активы элиты находятся на том же Западе - как материальные в виде номерных счетов и вилл, так и нематериальные - в виде детей-наследников, учащихся во французских ВУЗах и готовящихся занять кресло родителя. Арест активов, депортация дитенка и срочное выдвижение обвинений в отмывании денег на территории ЕС - угрозы, которые можно не произносить вслух.  Центр Бамако В-третьих, в каждой африканской стране обязательно есть влиятельная оппозиция или сепаратисты (а иногда и то, и другое). Им делают двусмысленные сигналы, дают ложные надежды и вообще держат на коротком поводке, чтобы в нужный момент было чем припугнуть решившего вспомнить о независимости правителя. В Мали такое было в 90-е годы, когда движение туарегов за образование самостоятельного туарегского государства в пустыне (чьи границы случайно совпали с границами перспективных нефтяных полей) вызвало горячее одобрение Европы и даже тайные поставки оружия под видом продовольствия. Впрочем, французский роман с туарегами не продлился долго - всего лишь до тех пор, пока не был достигнут консенсус с малийцами, после чего туареги сначала стали опасными исламистами, а потом уже и "Аль-Каидой". Не случайно сейчас, занимаясь похищениями людей в Нигере и Мали, туареги весьма пристрастно выбирают французов. В-четвертых, за века колонизации идея приоритета и сверхценности белого человека пропитала культурный код африканцев. Позитивный расизм (когда привилегии и особое обращение предоставляются просто по факту цвета кожи) проявляется везде: от черных африканцев-профессионалов с огромным опытом работы в большой организации, бегущих спрашивать по каждому вопросу только что закончившую университет практикантку только потому, что она белая, до полицейских, останавливающих машину и отпускающих, как только они видели, что внутри - белый. Консул Буркины Фасо жаловался, что цвет кожи в его роду - недостаточно белый, и хотел своему сыну жену из туарегов, чтобы дети были более светлые. Да, у африканцев есть внутренняя градация по черноте кожи - обладатели наиболее черного цвета оказываются на самом низу социальной лестницы. Я, конечно, не ждал, что консул будет читать рэп и кричать "Я черный, и это хорошо!", но желание приблизиться к белым хотя бы цветом своей кожи хотя бы в следующем поколении - это была полная капитуляция. Если же всего этого недостаточно, то есть еще и в-пятых, - международное уголовное правосудие. Ведь в шкафу у каждого африканского лидера найдется какой-нибудь скелетик - небольшой геноцид, рассстрел демонстрации, или похищение политических противников. Все достаточно, чтобы выдать международный ордер на арест по обвинению в преступлении против человечности и реализовать самую страшную угрозу - запереть непокорного президента под угрозой этапа в Гаагский суд в своей стране, превращенной за годы действия принципа "85%" в разваленную помойку, лишенную инфраструктуры, образования, интеллигенции и сколько-нибудь пассионарного населения.  Международный уголовный суд Кстати, о населении. Архитекторы нового мирового порядка позаботились и о нем - живущие в землянках люди, готовящие пищу на кострах, наверняка не подозревают о том, что о них все время думают, составляют отчеты, графики, рисуют кривые в презентациях в Power Pointе. Ведь элита имеет смысл только пока она может управлять населением, а население - это главный элемент колониального капитализма (we work for all - помните?):  В тиши кабинетов расписываются бюджеты, составляются программы и проекты, по которым потом будут работать десятки тысяч людей по всему миру. Львиная доля помощи Африке оседает в так называемых NGO - non-governmental organisations, реализующих самые разные идеи колониального управления. Например, транснациональная организация с прозрачным названием PSI - Population Services International имеет бюджет под миллиард долларов в год и работает по всему "третьему миру", занимаясь сокращением прироста населения. Выражение "негров стало слишком много" звучит очень плохо, поэтому был придуман эвфемизм - репродуктивное здоровье. Конференция по Но это не единственный канал. Еще, например, устраиваются, специальные курсы для сельских врачей. Чтобы вот, скажем, пришла малийская женщина к доктору (а это, как правило дальний путь, и докторам здесь принято доверять - чаще всего это самый образованный человек, которого она увидит за всю свою жизнь) с хворью, а доктор ей и говорит, как его на курсах учили:" Это у тебя, милочка, от того, что ты все время детей рожаешь. Давай-ка я тебе лучше направление на стерилизацию выпишу. Это бесплатно". Впрочем, PSI - это лапки по сравнению с организацией с невнятным названием Marie Stopes International. Основанная британскими аристократами (ну а кем же еще?) с штаб-квартирой в Лондоне, Marie Stopes протянула свои щупальца по всему миру. Это настоящие крестоносцы от семейного планирования:  Не желаете ли хирургический набор для стерилизации в домашних условиях? 10 минут - и все готово: Последний день в Бамако я гостил у американского журналиста-мормона, выходца из самой настоящей Юты. Он жил в так называемой Немецкой колонии - районе вилл, построенных немцами как раз в год обретения Мали независимости. Ему принадлежало красивейшее, несмотря на возраст, двухэтажное бунгало с открытой планировкой и большим садом из бананов и деревьев манго. На улице уже стемнело. Мы сидели на открытой террасе, пили чай и говорили о Мали. Было тихо и прохладно. Иногда с крыши раздавался глухой звук удара - это падали плоды манго. Тогда хозяин шел в сад с фонариком, подбирал их и клал на кухню дозревать. Несколько раз в глубине сада возникало какое-то шевеление - черный слуга укладывался спать. В Немецкой колонии жили только белые - экспаты, работавшие в NGO и международных организациях. За высокой стеной колонии после блок-поста охраны тишина заканчивалась, и начинались ревущие бамакские трущобы, тянувшиеся на километры отсюда, с тлеющими помойками, хижинами из пальмовых листьев и дешевыми грязными едальнями. Казалось, что за 50 лет здесь ничего не изменилось...  Короткий период социализма и дружбы с СССР в Мали быстро закончился, и с 1988 года по соглашению с МВФ и Всемирным банком государственные предприятия были приватизированы. Как и в 1960-м, Мали сейчас экспортирует только продукцию сельского хозяйства и сырье. Как илллюстрация этих 50-ти лет хорошо подойдет знаменитая колониальная железная дорога Дакар-Бамако, построенная французами для вывоза хлопка в порт. В период социализма дорога стала использоваться главным образом для пассажирского трафика. В 2003-м году ж-д была передана правительствами Сенегала и Мали в управление французско-канадскому консорциуму Transrail. В соответствии с договоренностями предполагалась модернизация дороги и сохранение пассажирского сообщения. Однако, Transrail в одностороннем порядке нарушил договоренности и сосредоточился на вывозе (сюрприз, сюрприз!) хлопка и золота в порт, отменив почти все пассажирские поезда и закрыв большую часть станций, что стало серьезной проблемой для изолированных деревень, не имевших другого сообщения...  Часть пассажирских вагонов брошена прямо на вокзале Бамако Доминик привез меня в аэропорт Бамако на своем джипе. По пути мы говорили об американцах в Мали. Он горячился и почти кричал: "Это все потому, что на выборах победил Обама. Обама - наш человек! Если бы это был Буш, мы бы никогда не позволили американцам придти сюда с оружием! Мы ненавидим Буша! Мы - достойные люди, и мы не колония." "Но ведь американцы пришли сюда в 2004-м..." - необдуманно сказал я. Доминик обиженно замолк и опустил глаза. Мне стало его жалко. Со всех сторон двигались люди с чемоданами и тюками, спешившие на регистрацию. Мне тоже надо было идти. Я попрощался с Домиником и огляделся последний раз вокруг. На востоке занимался рассвет, и в свете восходящего солнца над полями висела розовая дымка. По обочине дороги шли женщины, завернутые в яркие ткани. Они несли на головах длинные куски дерева на дрова. В магазине напротив из выставленных на улицу колонок играл Боб Марли. Над площадью и над полями, достигая, казалось, самого Бамако, звучал его печальный призыв: Africa Unite! Я задержался на секунду, заслушавшись его волшебным голосом, но потом отвернулся и зашел в терминал. |
||||
| Обсудить в блоге автора | ||||
