6
| Нужна ли оппозиции единая организация | |
 |
27.09 10:57 |
 560 |
| Демократическая оппозиция в современной России – это, прежде всего, незарегистрированные политические группы, выступающие за отказ от авторитаризма и за переход к демократии. Такому определению соответствуют несколько более или менее заметных организаций: движение «Солидарность», «Объединенный гражданский фронт» и «Российский народно-демократический союз». На левом / националистическом фланге демократической оппозиции заметнее всего «Национал-большевистская партия». Впрочем, партия «Другая Россия», которая формируется на ее основе, перешла, как кажется, на общедемократические позиции. Другие левые группы: «Левый фронт», незарегистрированная партия «РОТ Фронт» – не очень заметны. Российская демократическая оппозиция образца осени 2010 г. придерживается преимущественно либеральных взглядов. Не имея регистрации, демократические группы лишены большинства каналов влияния на политику. По сути дела, им доступны только три направления практической работы: уличные акции, пропаганда в СМИ и в собственных публикациях, организационная работа с активом. Я думаю, что на всех этих трех направлениях демократическая оппозиция делает немало. «Стратегия-31», несмотря на репрессивные действия властей, стала довольно заметным фактом российской общественной жизни. Голос оппозиции слышен в качественных печатных СМИ и в интернете, а недавняя книга Бориса Немцова и Владимира Милова получила общественный резонанс. Самый важный итог организационной работы – то, что все эти группы, вопреки давлению властей, продолжают существовать и действовать. Поэтому я не очень понимаю постоянные сетования на слабость демократической оппозиции, раздающиеся не только от кремлевских пропагандистов, но и от некоторых добросовестных наблюдателей. В современной России более сильной оппозиции быть не может, потому что нелегальная оппозиция во всех ситуациях, кроме революционных, слаба по определению. Но скромные масштабы текущей работы не свидетельствуют об отсутствии политического потенциала. Другое дело, что реализоваться этот потенциал сможет только тогда, когда возникнут условия для выражения массовых предпочтений, и когда сами эти предпочтения отольются в политическую форму. Сейчас таких условий нет, но работа идет в правильном направлении. Совершенно необоснованными кажутся мне и пропагандистские мантры о неэффективности руководства демократической оппозиции. Примитивная версия этой риторики обычно сводится к тому, что оппозицию возглавляют лузеры, у каждого из которых масса недостатков: Немцов был министром при Ельцине, Касьянов работал с Путиным и приватизировал дачу, Лимонов взывал к духу Берии, Каспаров – а что Каспаров? – ну, тоже что-нибудь найдется, и т.д. Победители сидят в Кремле и в Белом доме. В оппозиции – как в условиях демократии, так и в условиях авторитаризма – всегда оказываются люди, которые проиграли предыдущий раунд. Когда движение за демократию будет ближе к успеху, найдется масса успешных, респектабельных и известных людей, которые к ним примкнут. Но сейчас есть те, которые есть. И это, конечно, люди с не совсем безоблачным прошлым. Нужно понимать, однако, что их прошлое – важный ресурс, потому что оно обеспечило их именами, которые знакомы населению и упоминаются в СМИ. Новых лидеров подцензурные СМИ не раскрутят, и из интернета они, как грибы, не прорастут. Не та грибница. Более изощренная версия теории о слабости демократического руководства состоит в том, что оно состоит из вздорных персонажей, которые никак не могут создать единую организацию. Вопрос в том, нужна ли она демократической оппозиции. Очевидно, в рамках единой организации должна координироваться какая-то деятельность. Но ни один из видов деятельности, которой сейчас занимается демократическая оппозиция – уличные акции и политическое просвещение, – координации в общенациональном масштабе не требует. Просто потому, что эта деятельность ведется на низовом уровне и, как правило, в порядке инициативы местного актива. А на местах проблемы координации, на самом деле, нет. Там не очень различают, кто в «Солидарности», кто в ОГФ, а кто в РНДС. Разумеется, разработка общенациональных стратегий, связанных с использованием легальных возможностей, делает координацию более актуальной. Недавно, например, мы стали свидетелями формирования коалиции четырех лидеров демократической оппозиции для совместной подготовки к избирательным кампаниям 2011–2012 годов. Но нужно учитывать, что легальные возможности в современной России – чрезвычайно скромные. Участие в президентских выборах имело бы известное пропагандистское значение, поэтому бойкотировать их не нужно. Но оппозиционных кандидатов все равно, скорее всего, не зарегистрируют. Это значит, что необходимо абсолютно минимизировать политические издержки, то есть дискуссии внутри оппозиции по поводу того, кто именно будет кандидатом. Вопрос того не стоит. По правде сказать, поскольку зарегистрироваться на президентские выборы можно только по подписям, а российское законодательство не требует, чтобы каждый избиратель поддерживал подписью только одного кандидата, то и подписи следовало бы собирать общими усилиями для нескольких кандидатов сразу. Если по какому-то стечению обстоятельств будут зарегистрированы несколько человек, то можно будет снять избыточные кандидатуры в пользу одного из них уже в ходе избирательной кампании. То же самое касается другого проекта – создания официальной политической партии. Партии в России носят фиктивный, имитационный характер. Исходя из этого обстоятельства, совершенно бессмысленно тратить силы на организационную работу, связанную с реальным партийным строительством, и на неизбежно сопровождающие этот процесс конфликты. Важно только одно: чтобы эту партию зарегистрировали, а уж если не зарегистрируют (что, конечно, более вероятно), то по основаниям, нелепость которых была бы очевидна. Это бумажная работа. И относиться к ней надо как к второстепенной, хотя и сложной, технической задаче. По-настоящему общероссийская координация действий демократической оппозиции потребуется только тогда, когда возникнут условия для массовых политических действий, то есть на начальной фазе перехода к демократии. Этот момент еще не наступил, а когда наступит, то нынешним оппозиционерам нужно будет быть готовыми к сотрудничеству с силами, которые пока еще даже не сформировались. Тем меньше оснований для того, чтобы придавать значение текущим политическим проектам с ограниченным кругом участников. И тем больше оснований для того, чтобы забыть об идеологических и личных разногласиях и сосредоточиться на практической работе, потому что только она может внести решающий вклад в приближение демократии. |
|
| Обсудить в блоге автора | |
