Существует закон о свободе совести, запрещающий располагать надписи, оскорбляющие религиозные чувства, в непосредственной близости от культовых зданий «Проведение публичных мероприятий, размещение текстов и изображений, оскорбляющих религиозные чувства граждан, вблизи объектов религиозного почитания запрещаются» ст 3,6). Само по себе это странно: получается, вдали от храмов оскорблять религиозные чувства можно. Может быть, эту формулировку поменять?

А вообще это крайне опасная тема, ибо крайне вкусовая. У нас сейчас принято ратовать за введение уголовной ответственность за оскорбление чувств верующих. Но ведь доносчику — первый кнут! Если подобная статья появится, я могу оказаться одним из первых, кого справедливо по ней засудят. В моих книгах и лекциях содержится много критики, задевающей чувства носителей других вероисповеданий и сектантов. А определять, оскорбили его или нет, кто будет? Тот кто считает, что его оскорбили. Назвал  я кого-то сектантом – вот уже  крик об оскорблении…

Первые христиане хорошо понимали, что их проповедь, проповедь Креста и Воскресения — это иудеям соблазн, а эллинам безумие (1 Коринфянам 1:23). Причем, слово «соблазн» (в оригинале – скандалон) указывает на то, что апостольское слово для других людей могло звучать оскорбительно.

Мы это видим на примере еврейской борьбы с «диффамацией». На сегодняшний день слово антисемит  стало означать всего лишь то, что  кто-то не понравился кому-то из семитов… Помню замечательную карикатуру:  хасид стоит перед известной картиной Малевича, задумчиво смотрит на черный квадрат, а из головы поднимается реплика: «А нет ли тут антисемитизма?».
Мусульмане могут сказать, что их оскорбляет упоминание имени основателя их религии без титула «пророк». В Саудовской Аравии выяснилось, что их религиозные чувства оскорбляет даже тень от самолета (ибо она в виде креста).

Для того, чтобы начать настоящие гонения против Церкви, достаточно только желания власть имущих. У нас уже есть в Конституции статья, гласящая, что «запрещается пропаганда религиозного превосходства» (ст 29,2). На основании этой статьи любого священника, который в Неделю торжества Православия говорит людям то, что он должен сказать о ересях и Истине, можно арестовать немедленно.

Я на такого рода нововведения всегда смотрю с точки зрения собственной безопасности: как это может быть использовано против нас. Советский период научил. Я боюсь, что руками церковных людей — активистов, публицистов, юристов — потихонечку будет виться веревочка, которая потом будет душить нас самих.