6
| Олег Кашин: Право на цитату | |
 |
30.08 17:40 |
 1862 |
| 28 августа Мосгорсуд признал законным решение Бутырского суда, согласно которому галерист Марат Гельман должен заплатить 100 тысяч рублей бывшему руководителю Росмолодежи Василию Якеменко за моральный ущерб: полтора года назад Гельман обвинил Якеменко в причастности к покушению на журналиста Олега Кашина, случившемуся в ноябре 2010 года. Журналист Кашин — это я, и прошлым летом я сам судился с Якеменко, и теперь мне немного неловко перед Гельманом. Мы судились по одному и тому же поводу с одним и тем же истцом, защищали нас практически одни и те же адвокаты (его адвокат Дамир Гайнутдинов был защитником моего соответчика Александра Морозова), условия были равны, но я год назад выиграл, а он проиграл. И в общем понятно, почему так случилось. Мое высказывание, ставшее предметом иска, звучало хитро: «Я не сомневаюсь в версии», и даже адвокат истца на суде жаловался и просил принять во внимание, что я «умею вуалировать», называл меня «художником слова». Художник или нет, но за годы журналистской практики привычка в нужных местах добавлять «мне кажется», «я не сомневаюсь» или «злые языки говорят» — эта привычка вырабатывается быстро и остается навсегда, а вот у Гельмана такой привычки нет. Высказываясь о возможной причастности бывшего начальства Росмолодежи к покушению на меня, Марат Гельман не сделал никаких оговорок типа «по моему мнению». Мосгорсуд оценил это в 100 тысяч рублей. Надеюсь, истец подавится. Судиться из-за репутаций, вообще-то, достаточно глупо. Репутация — штука более сложная, чем любая бумага, тем более заверенная печатью российского суда, у которого у самого та еще репутация. Репутации складываются годами из множества обстоятельств. Если завтра Якеменко скажет «черное», а Гельман — «белое», я поверю Гельману и решение Мосгорсуда в этом смысле для меня ничего не значит. Обоих, Якеменко и Гельмана, я знаю много лет, об обоих у меня есть четкое представление, сложившееся, если говорить языком судебных протоколов, в результате систематического наблюдения за обоими и оценкой их слов, действий и прочего. Но это мое персональное к обоим отношение, оно не универсально, у меня нет права требовать у остальных, чтобы они относились к Гельману и Якеменко так же, как я. А если отбросить личное отношение, оставив только даже не журналистское, а просто читательское, то оба, Якеменко и Гельман, ньюсмейкеры. Один — бывший руководитель федерального ведомства, основатель и идеолог самого известного в стране молодежного движения, во многом символическая фигура русской политики всех путинских лет. Другой — виднейший культурный и общественный деятель, классик современного искусства, легендарный политтехнолог и так далее. Любое действие или высказывание обоих — новость. И вот тут начинается интересное. Для того чтобы распространять новости, существуют средства массовой информации. «Гельман обвинил Якеменко» — это новость. Новость вне зависимости от того, ошибается Гельман или нет. Да даже если сознательно лжет, это все равно новость. Дополнительный пример, чтобы было понятнее. Недавняя история с «генеральским фильмом» и последующими комментариями Владимира Путина и Дмитрия Медведева по поводу обстоятельств начала войны с Грузией. Путин говорил, что звонил Медведеву до удара по Грузии, Медведев говорил, что Путин звонил ему после. Две принципиально разные версии. Одна правдивая, другая нет. Но оба высказывания, и путинское и медведевское, одинаково заслуживают того, чтобы попасть на ленты новостей. Или когда Навальный обвинил Бастрыкина, что у того недвижимость и фирма в Чехии. Здесь новость не в том, что у Бастрыкина квартира (об этом, как справедливо говорили некоторые редакторы, еще несколько лет назад писал Хинштейн, и новость в любом случае не свежая), а в том, что Навальный за несколько дней до предъявления ему обвинения ведомством Бастрыкина сам обвиняет Бастрыкина в нечистоплотности. Высказывание Навального — вот это настоящая новость, и журналисты, сообщающие о ней, если и обязаны ее проверять, то только в том смысле, чтобы уточнить, действительно ли Навальный так говорил или кому-то послышалось. И журналисты, выполняя свой долг, сообщают и о Навальном с Бастрыкиным, и о Путине с Медведевым, и о Гельмане с Якеменко. И как раз примерно в одном случае из трех, подавая на оппонента в суд, герой высказывания зачем-то подает в суд и на СМИ, которое о высказывании сообщило. Сейчас этот один случай из трех выпал на иск Якеменко против Гельмана. По этому иску соответчиком была «Газета.Ru», которая сообщила о том, что Гельман обвинил Якеменко в покушении на меня. И «Газета.Ru», как и Гельман, проиграла суд Василию Якеменко. Судиться из-за репутаций достаточно глупо. Привлекать к «репутационным» судам посторонних журналистов — позорно. Признавая за СМИ ту же ответственность, что и за теми, кого СМИ цитируют, российские суды препятствуют исполнению журналистами профессионального долга. С этим нужно что-то делать. |
|
| Обсудить в блоге автора | |
