История с забором губернатора Ткачева повторяется. Вчера ко мне домой снова приезжали полицейские в штатском, на этот раз из Геленджика. Дома были только жена и дети. По телефону старший оперативной группы сказал мне, что должен опросить меня по поводу заявления охранников ЧОП «Рубин».
Двумя днями ранее мне звонила начальник отдела дознания геленджикской полиции Оксана Бутрим и сказала, что мне надо приехать и дать объяснения по материалу о неком инциденте, случившемся 2 августа на "охраняемой территории". Больше ничего Бутрим не объяснила. Я попросил прислать повестку с вызовом, но вместо повестки вчера явились оперативники.
Заявление на меня написали охранники объекта, известного как дворец Путина в поселке Прасковеевка. Появилось оно после инспекции, во время которой мы обнаружили незаконную стройку - в акватории Черного моря возле дворца начали возводить причал для яхт.



Дворец на мысе Идокопас стоимостью более 1 млрд. долларов изначально строился для управления делами Президента РФ. За счет бюджета ко дворцу были проложены дороги, газопровод и ЛЭП, но в 2011 году он был приватизирован ООО "Индокопас" вместе с земельным участком (что по закону сделать на землях курорта Геленджик невозможно).
Схему финансирования строительства дворца путем легализованных откатов в декабре 2010 раскрыл Сергей Колесников в своем письме бывшему Президенту Медведеву. Письмо остается без ответа, а Колесников прячется то ли в США, то ли в Эстонии. Остаются без ответа обращения ЭкоВахты и Гринпис по поводу незаконных рубок на территории дворца, ущерб от которых превышает 2,7 млрд. рублей.
После того, как в феврале 2011 года возле дворца на мысе Идокопас нас сначала задержали сотрудники федеральной службы охраны, а потом ограбили охранники ЧОП «Рубин», я поверил в реальность рассказа Колесникова.
ФСО не имеет права охранять частные объекты, даже если они были построены за счет бюджетных денег.
Попытка привлечь старшего лейтенанта ФСО России Альберта Никитина к ответственности за наше незаконное задержание только усилила уверенность в том, что дворец действительно принадлежит Путину. Судья вынес абсурдное решение, указав, что люди с удостоверениями ФСО были охранниками ЧОП «Рубин», которые купили форму с шевронами и погонами ФСО в магазинах сети «Военторг».
Сразу после нашего контакта с сотрудниками ФСО дворец вместе с его владельцем ООО «Индокопас» был перепродан некой кипрской компании, собственником которой назвал себя бизнесмен Александр Пономаренко. Но по мнению Сергея Колесникова, реальным собственником этого оффшора остается Владимир Путин.
И Путин действительно появлялся во дворце уже после его мнимой продажи: 6 и 7 августа 2011 года гражданская навигация между поселками Криница и Прасковеевка была запрещена погранслужбой ФСБ России. Под охраной сторожевых катеров и кораблей береговой охраны из Сочи подошла принадлежащая Путину яхта «Olympia». Между дворцом и яхтой курсировал катер, привозивший и увозивший людей.
На видео не попал позорный эпизод, когда сторожевой катер буксировал к яхте Путина пластиковую горку из Криницы.
История с купанием Путина возле дворца в Прасковеевке получила широкую огласку. Видимо, это и стало главным аргументом для строительства нового причала в защищённом от посторонних взглядов устье Молокановой щели.

Итак, в начале августа этого года мы с ребятами из группы «Кубань. Открой глаза!» попытались пройти по берегу к пирсу, возле которого идет бурение свай для нового причала. Сначала нас встретила вот такая надпись прямо на общедоступной береговой полосе.

А затем появились охранники ЧОП «Рубин». Те самые, что ограбили меня в феврале 2011, а потом мешали пройти по береговой полосе во время акций в июле и сентябре прошлого года. Особое рвение в защите дворца проявили уроженцы города Богучар Олег Дягтерев и Юрий Прядкин
Охранникам поступил приказ стоять стеной и не пропускать нас дальше ни на шаг.

Водный кодекс гарантирует гражданам право на доступ к береговой полосе шириной 20 метров, но не желая провоцировать агрессию, мы вскоре ушли, а на следующий день просто подплыли к крану через окружающую его пленку машинного масла.
Так удалось выяснить, что строительство причала ведёт плавучий кран «Александр Черноусов» принадлежащий, судя по надписи, ФГУП «Спецстрой России».



Связи "Спецстроя России" с дворцом в Прасковеевке давние. В 2005 году в структуре "Спецстроя" даже было создано специальное предприятие УДС №17 для строительства и эксплуатации дороги «Прасковеевка-Молоканова щель». Эта ведущая к дворцу дорога строилась в рамках федеральной целевой программы «Дороги России», но въезд на нее для обычных граждан был всегда запрещен. В августе 2011 дорога была приватизирована ООО «Индокопас». Тем не менее, её обслуживанием продолжает заниматься «Спецстрой».
Однако напрасно я искал кран «Александр Черноусов» в составе флота ФГУ «Спецстрой России». Плавучий кран «Александр Черноусов» принадлежит не «Спецстрою», а некому ООО «Азов-Юг-Сервис». Нет сведений и о том, что новороссийское подразделение «Спецстроя» - ФГУП УССТ №4 - проводило конкурсные торги для аренды этого крана. Причала в устье Молокановой щели нет и перечне текущих объектов УССТ №4
Картина получается неприглядная – плавучий кран с наклейкой «Спецстрой России», но в реальности принадлежащий конторе «Рога и копыта», без проведения конкурса ведет строительство причала для яхт напротив дворца, принадлежащего другой конторе «Рога и копыта» (кипрский оффшор, якобы принадлежащий Александру Пономаренко).
По закону "О внутренних морских водах" проекты любых работ в акватории Черного моря должны проходить государственную экологическую экспертизу, а также процедуру общественных обсуждений. По понятным причинам общественных обсуждений проекта причала для яхты Путина никто не проводил и стройка ведется незаконно.
Об этой незаконной стройке, несомненно, знают все государственные структуры, отвечающие за охрану морских вод. Знают, но предпочитают молчать.
Владельцы дворца понимают, что гражданские активисты молчать не будут. Новое уголовное дело, которое полиция собирается завести по завлению охранников, в сочетании с уже имеющимся условным сроком - мощный инструмент давления на меня и моих друзей.


P.S. Я поговорил с адвокатом Виктором Дутловым. Учитывая, что физического контакта с охранниками у нас не было, а материал передан в органы дознания, скорее всего, стоит ожидать обвинений в угрозе убийством (ст. 119 УК РФ). Свидетелями станут сами охранники.